На главную http://iovrao.ru

ИОВ РАО преобразован в ФГНУ "Институт культурологии образования" РАО. Информация на этом сайте носит архивно-исторический характер, за исключением страницы журнала "Человек и образование" и раздела полезных ссылок.








Сегодня Четверг 23 Июня 2016 года



Избранные труды сотрудников Института :: 2006


Т. Г. Браже

ПОТЕНЦИАЛ ГУМАНИТАРНОЙ  КУЛЬТУРЫ ВЗРОСЛОГО КАК ФАКТОР ЛИЧНОСТНОГО РАЗВИТИЯ


Гуманитарные проблемы современного образования взрослых

Принятые мировым педагогическим сообществом идеи образования для устойчивого развития личности и общества позволяют по-новому посмотреть на место образования взрослых и его специфику в этом процессе. В докладе Международной комиссии по образованию для XXI века «Образование: скрытое сокровище», представленном ЮНЕСКО в 1997 году, говорится, что «все должны быть во всеоружии, чтобы преодолеть основные противоречия, которые, не будучи новыми, станут главными проблемами XXI века». Большинство из этих противоречий носит гуманитарный характер, как то:

–  противоречие между глобальными и локальными проблемами: как стать гражданином мира без утраты собственных корней и активно участвуя в жизни своего народа и общества;

–  противоречие между традициями и современными тенденциями: адаптация к современному миру не отрицает собственных корней, между ними существует диалектическая связь;

–  противоречие между универсальным и индивидуальным: в условиях глобализации культуры, приобретающей всеобщий характер, существует опасность забвения уникального характера каждой личности, ее предназначения выбирать свою судьбу и осуществлять все имеющиеся у нее возможности;

–  противоречие между долгосрочными и краткосрочными задачами в образовании, необходимость терпеливой и согласованной стратегии в области образования;

–  противоречие между необходимостью соревнования людей и равенством их возможностей в процессе непрерывного образования на протяжении всей жизни, равнодействие соревнования и объединяющей людей солидарности;

–  противоречие между невиданным развитием знаний и возможностями их усвоения человеком, приоритет таких новых областей образования, как познание самого себя, сохранение своего физического и психического здоровья и др.;

–  и, наконец, противоречие между духовным и материальным миром, усиление роли духовности. «Человечество нуждается в идеале и моральных ценностях. Нет более благородной задачи, стоящей перед образованием, чем пробудить у каждого, с учетом его традиций, убеждений и при полном уважении плюрализма, подъем духа и мысли до осознания универсального мира».

Как видим, основные проблемы образования, по мнению экспертов ЮНЕСКО, лежат в гуманитарной области; не случайно во всех документах подчеркивается приоритетность нравственных и культурных ценностей, ориентации на гуманистическую картину мира, этику ответственности за нее «для повышения качества жизни ныне живущих и будущих поколений на основе устойчивого развития».

В документах Международной комиссии по образованию отмечается увеличение во многих странах мира возраста обучаемых, появление так называемых «студентов второго шанса». Это касается не только профессиональной переподготовки и постоянного повышения квалификации специалистов разных профилей, но и необходимости адаптации взрослых людей к изменениям в социокультурной ситуации. Это ставит перед образованием взрослых новые проблемы в области развития их гуманитарной культуры.

К созданию такой системы образования, которая отвечала бы идеям устойчивого развития, среди других особенностей ведет опережающий характер всей системы образования, ее нацеленность на проблемы будущей постиндустриальной цивилизации, на развитие творческих способностей человека жить в быстро меняющемся мире. Цели и, соответственно, результаты такого опережения могут иметь как конкретный близкий, так и отдаленный результат. Начнем с отдаленного, чтобы потом перейти к основным, конкретным целям.

Отдаленный результат – это реализация аксиологического основания образования для устойчивого развития системы постматериальных ценностей, характеризующих общество, способное прийти на смену обществу потребления, уменьшение роли материальных ценностей во имя духовных. К таким ценностям относятся гуманизм, свобода, творческая активность личности, высокая нравственность, ориентация человека не на власть, статус и иерархию, а на диалог и сотрудничество с другими людьми, толерантность, понимание своей роли в природе и обществе и ответственность за качество жизни живущих сегодня и завтра, самореализация человека. В свете этого результата, пусть отдаленного, роль развития гуманитарной культуры взрослых становится первостепенной, опережающей другие задачи.

Одновременно система образования взрослых в гуманитарной сфере должна иметь поддерживающий и компенсаторный характер, она не должна выбивать человека из его привычной жизни излишествами инноваций и поспешными изменениями жизненных ориентиров. Известная доля стабильности (ценностей, типа и темпа образования, способов его получения и т.д.) должна способствовать постепенному улучшению качества жизни взрослого, а не его разрушению. Непонимание этой специфики образовательной политики и практики для взрослых чересчур фанатичными новаторами, несохранение островков обычного и привычного, резко нарушая жизнь взрослого, особенно зрелого взрослого и человека третьего возраста, ведет к дестабилизации его жизни. Напоминаем, что в документах ЮНЕСКО говорится, что лишь «терпеливое и согласованное», гармоническое реформирование может привести как к ближайшим, так и к отдаленным целям.

Поэтому надо знать, чего хотят сами взрослые и что могут получить для качества своей жизни через образование в области гуманитарной культуры.


Что такое гуманитарная культура

Исследование проблем гуманитарной культуры педагогов, инженеров, врачей показало, что потребность в ней, вопреки бытующему ныне и подспудно поддерживаемому в обществе мнению о противодействии ее адаптации современного человека в сложном мире, значительна. Каждая из категорий специалистов говорила о необходимости усиления обществом и государством внимания к духовному миру людей через гуманитарную культуру. Философское осмысление жизни, понимание психологии людей, основ этики, права, проблем прекрасного в жизни и искусстве, основ речевой культуры, понимание и принятие этнических различий и менталитета разных народов, уважения к ним и многое другое составляют предметы интереса взрослых людей. Взаимосвязь общей и профессиональной культуры есть одно из важных условий успешности жизнедеятельности взрослого человека в разных сферах: в профессиональной деятельности, досуге.

Под гуманитарной культурой принято понимать систему идей, закономерностей, понятий, фактов, содержащихся в гуманитарной сфере наук, искусстве, религии, освоенных человеком личностно.

Под функциональной грамотностью в области гуманитарной культуры понимают прежде всего определенный запас знаний и умение пользоваться ими применительно к объектам духовной культуры (произведениям искусства, литературы, разным областям знаний), а также такую освоенность человеком этих знаний, умений, ценностей, которая становится чертой его личности, определяет его поведение, стиль общения с людьми, отношение к отдельному человеку, обществу, человечеству в целом.

Гуманитарная, общая для всех людей культура не сводится к гуманитарным знаниям, но, безусловно, изначально базируется на них. Конкретные знания могут забыться, исчезнуть (вспомним выражение И. Ефремова: «Образование – это то, что остается, когда все выученное забыто»). Но исчезают они своеобразно: «сворачиваются» в обобщенные смысловые единицы, определяющие мировосприятие личности, ее ценностные ориентации, понимание мира вокруг себя и себя в мире. Это понимание складывается в цепочку (систему) взаимосвязанных понятий и закономерностей: «я – мой род – мой народ – человечество – вселенная», где каждый элемент входит в более емкую общность, не теряя своего автономного значения. Понимание и принятие личностью этой взаимосвязи базовых, категориальных смыслов обеспечивает индивидууму вхождение в систему сообществ «человек-человек», «человек-общество», «человек-вселенная», где каждый уникален в своей миро- и культуротворческой миссии в различных ее вариантах. Но для этого нужно, чтобы он владел интегральными характеристиками культуры личности, являющимися следствием его гуманитарной культуры: культурой суждений, убеждений, эмоций, речи, эстетического вкуса, культурой поведения и открытостью к развитию своего творческого потенциала.

В этом смысле гуманитарная культура есть явление глобальное, хотя сама по себе она состоит из частных явлений: функциональной грамотности в области литературы, живописи и других изобразительных искусств, архитектуры, музыки, театра и кино, прикладных видов искусств; функциональной грамотности в области философии, истории, религиоведения, страноведения; владения культурой родной речи и иностранными языками; знания этических норм поведения и практического владения ими.

Каждый из этих и других компонентов может быть замерен особо, ибо овладение культурой не есть синхронное, одномоментное явление. Овладение культурой – процесс, во-первых, длительный, требующий непрерывного образования в этой области, во-вторых, гетерохронный – разные области могут преобладать или западать в разные периоды культурного развития человека, в-третьих, разноуровневый, т.к. на разных этапах у разных людей уровень владения теми или иными компонентами разный, следовательно, функциональная грамотность в области культуры имеет множество сочетаний, вариантов, она изначально вариативна.

Тем не менее функциональная грамотность в области культуры – понятие целостное, глобальное, близкое к понятию общей культуры личности как результата освоения разнообразных гуманитарных и художественных знаний и вечных ценностей, несомых ими. Общая культура потому и общая, что должна быть личностной принадлежностью любого человека при всех вариантах ее проявления в индивидуальном стиле личности и ее творческом потенциале. Общая культура взрослого определяется его ценностными ориентациями и в свою очередь влияет на них, определяет его понимание себя в мире и мира вокруг себя и зависит от этого понимания, как и мир зависит от понимания и взаимопонимания отдельных групп людей, а в идеале – как отдаленный результат – разных народов и всего человечества.

Особенно значимо это по отношению к взрослым людям, работающим в системе «человек-человек», т.е. педагогам, врачам, юристам и другим, чья профессиональная компетентность зависит в очень большой степени от гуманитарной культуры специалиста. Речь идет о таких ее компонентах, как знание этических правил и практическое владение ими, стиль общения с людьми, понимание их, уважение к каждому изначально, уровень владения речевой культурой, способность к нестандартным, творческим решениям профессиональных задач, свобода принятия решений и др.

Наряду с генетически присущими человеку данными в этом направлении, гуманитарная культура человека – явление подвижное, развивающееся, зависящее и от уровня его знаний в области духовной культуры, и от отношения к самому себе как носителю культуры. То и другое может быть замерено, оценено экспертами или самим человеком в процессе рефлексии. Таким образом, изучение функциональной грамотности в области культуры может вестись в двух направлениях: во-первых, изучение понимания самим человеком своей грамотности, ее сильных и слабых сторон, своих потребностей; во-вторых, изучение реального уровня знаний в области гуманитарной культуры и умения пользоваться ими.



Гуманитарная культура учителя: потребности и самооценка

Исследование проблем гуманитарной культуры значительной по числу группы взрослых – учителей различных специальностей – гуманитаров и негуманитариев – проводилось нами дважды – в первой половине 90-х годов на уровне сопоставления данных от 387 педагогов различных регионов России с гуманитарной культурой специалистов других профилей (около 100 врачей и инженеров) и в самом конце 90-х, когда Е. Д. Тенютина повторила наш эксперимент на том же количестве педагогов (400 чел.).

Различия в данных не превышали 1-3% как в сторону уменьшения отдельных показателей, например, влияния общей культуры на развитие творческого потенциала и свободное принятие профессиональных решений, так и в сторону увеличения значимости других показателей (более сильное влияние общей культуры на успешность профессиональной деятельности). Более явственные различия обнаружились лишь в превышающем 3% снижении роли литературной начитанности учителей (с 62% до 57% для профессии в целом и с 45% до 40% лично). Если первый ряд незначительных, но «улучшенных» различий объясняется скорее всего выборкой в конце 90-х годов только петербургских учителей, то второй – общей тенденцией снижения литературной начитанности учителей всех предметов, в том числе, к сожалению, и словесников. Это вызвано, видимо, и большей занятостью учителей в школе, и дороговизной книг, невозможностью подписки на журналы и прочими изменениями в социокультурной ситуации.

В дальнейшем мы воспользуемся нашими усредненными данными, характеризуя роль гуманитарной культуры педагогов в их жизнедеятельности.

Прежде всего отметим признание педагогами высокой роли гуманитарной культуры в результативности их деятельности: отсутствие зависимости и незначительную зависимость отметили лишь 6% опрашиваемых, 70% отметили сильную зависимость этих явлений, 22% – определенную зависимость. Сходные показатели – в осознании этой связи каждым педагогом применительно к себе: отсутствие зависимости и незначительную зависимость своей деятельности от развития в области культуры видят лишь 3%, сильную зависимость – 59%, определенную зависимость – 33%. Следовательно, между признанием роли культуры вообще и для себя лично все же существует некоторый разрыв, личная зависимость оценивается несколько ниже. Взрослый человек консервативнее относится к своему статусу, что требует повышенной мотивации в развитии его качеств.

Опрошенные считают, что высокий уровень гуманитарной культуры дает возможность более полного развития творческого потенциала человека, большие возможности общения с людьми, более свободное принятие профессиональных решений, способствует формированию целостного взгляда на мир.

Посмотрим, какой смысл вкладывают педагоги в это понятие. Ведущими ее компонентами признаны всеми литературная начитанность и знание искусства, отечественного и мирового (соответственно 62% и 53%), понимание многообразия мира, его культуры и быта людей, их традиций (48%), знание путей развития человечества, т.е. мировой и отечественной истории – 47%. Знание иностранных языков отметили 40%, таким образом, половина опрошенных считает основой культуры владение гуманитарными знаниями в традиционно значимых областях, дающих ключи к пониманию человека и человечества в разнообразных его проявлениях, временных и пространственных, ключи к соотнесению себя с накопленными человечеством уроками и вечными ценностями через историю и искусство. Эта тенденция прослеживается не только у гуманитариев, чья профессиональная задача – раскрыть эти ценности ученикам, но и у педагогов других специальностей. Однако все же половина (чуть больше или чуть меньше половины – в разных случаях) не поддерживает это мнение коллег и тем самым как бы выводит себя из-под влияния этой части культуры. Это не может не настораживать: исследователи не раз отмечали недостаточность этих знаний у массы учителей. В 70-е годы в капитальных исследованиях «Советский читатель» (М., 1968) и «Книга и чтение в жизни небольших городов» (М., 1970, 1973) отмечалось, что учителя – не наиболее литературно образованная часть интеллигенции. Наши прежние и нынешние исследования знаний учителей показали также весьма неоднородную литературную их начитанность и трезвую самооценку недостаточности своей эрудиции.

Следовательно, проблема развития гуманитарной культуры учительства актуальна как в «отрицательном», так и в «положительном» варианте – и для тех, кто ее понимает, и для тех, кто ее недооценивает.

Вызывает сожаление тот факт, что многими педагогами недооценивается роль философских знаний в общей культуре человека.

Отметим также заметную недооценку учителем роли естественно-научных знаний: лишь 20% включает их в общую для всех культуру. Видимо, нужны другие способы интерпретации этих знаний для неспециалистов, их гуманитаризация и гуманизация, чтобы они также были приняты как элемент общей для всех культуры.

Главное же, что вытекает из ответов учителей – первенствующее значение таких показателей культуры, как умение устанавливать контакты с разными людьми (65%), знание этических норм поведения и практическое владение ими. Это подтверждает нашу мысль об интегративном характере этической культуры человека – как результате освоения им разнообразных гуманитарных знаний, влияющих на него как на личность и, тем самым, на его профессиональную деятельность. Такие же высокие показатели при признании речи как интегрального показателя культуры – так считают 74%.

Именно выход на личность в целом дает гуманитарная культура человеку. Этим она оказалась ценна и нашим респондентам.

Конкретные же запросы учителей в совершенствовании своей культуры разнообразны. При этом получены количественно сходные данные среди отметивших свою потребность в разных аспектах культуры. Тем не менее на первое место опять выходят искусство (50%), история религии (41%), художественная литература (37%), этика и психология (36%), столько же проявляют интерес к иностранным языкам, 29% отметили потребность в совершенствовании своей компьютерной грамотности, что соответствует требованиям времени, и лишь 15% проявили желание совершенствоваться в вопросах естествознания, истории науки и техники, ибо не все включают эти вопросы в понятие современной культуры личности.

Любопытно, что существует определенная связь между пониманием культуры и потребностями специалиста: чем шире это понимание (т.е. педагог включает в общую культуру от 8 до 11 аспектов), тем шире его личные потребности в совершенствовании этой культуры. В этом случае отвечающий переносит понимание культуры на себя, соотносит себя с ним. В случае суженного понимания происходит выключение себя из определенных аспектов культуры. Поэтому особенно необходим общий культурологический подход к образованию в любых его звеньях и этапах, как в школе, так и вузе и системе повышения квалификации.

В специальный вопросник был заложен вопрос и о самооценке учителями своего уровня культуры в различных областях. Наиболее высоко учителя оценивали себя в тех областях знаний, которые прошли по всем предыдущим вопросам как первостепенно важные: литературная начитанность, культура речи, знание своего края, искусствоведение, история, этика.

Оценивая равно высоко и свою потребность в знаниях, и свой уровень подготовленности, учителя не противоречат себе. Известно, что потребность в знаниях возникает не тогда, когда их нет, а именно тогда, когда они есть, тогда есть и интерес к этой области знания, и понимание ее общей и личной значимости (А. Моль. «Теория информации и эстетическое восприятие», М., 1966). Поэтому и самооценка учителей в областях культуры, не столь высоко значимых для них, спокойно невысокая (принцип «нет, и не надо» или «не надо, поэтому и нет»).

Конкретные запросы педагогов в совершенствовании своей культуры разнообразны по содержанию и сходны по количественным показателям. Тем не менее на первое место снова выходит потребность в расширении знаний об искусстве, истории, религии, этике и психологии.

Обнаружена также некоторая зависимость между оценкой своего уровня подготовленности в области культуры и характером базового образования специалиста: самооценка у гуманитариев, владеющих, казалось бы, культурой, в полтора раза ниже, чем у негуманитариев, в одной возрастной группе (40-50 лет) даже в два раза ниже.

Исследуя вопрос о путях формирования гуманитарной культуры специалиста, мы получили возможность узнать их мнение о том, что повлияло на формирование их культуры. Более всего отмечают индивидуальное самообразование (75%), роль семьи (42%), обучение в вузе (42%), круг друзей (34%). Педагоги (34%) ставили вопрос о придании институтам повышения квалификации также роли центров культуры.

Для изучения уровня конкретных знаний в области культуры (второй аспект проблемы) был разработан тест, включающий 10-15 базовых фактов и понятий из разных областей культуры, изучавшихся в средней школе, освоение которых не только доступно всем, но и входит в повседневную жизнь человека, составляя своего рода «нижний порог культуры». Например, проверялось владение географическими понятиями «стороны света» (север – юг, запад – восток), «части света» (в какой части света находится та или иная страна). Исторические знания проверялись реакцией на даты 1812, 1861 год и др., предложением расставить в определенном хронологическом порядке (по векам) имена русских царей и т.д.

Владение умениями в области культуры, например воспринимать и анализировать произведения литературы, проверялось специальными заданиями (их описание и анализ результатов даны в ряде наших работ). Эти данные говорят о том, что даже профессионалы в области литературы нуждаются в совершенствовании своих умений, что нужны и теоретическая подготовка, и специальные тренинги для развития этих умений. Но искусство, в том числе литература, не есть область только специалистов, это общее достояние человечества, и владение им дает любому взрослому человеку ощущение сопричастности с человечеством, будит эмоции, дает радость, позволяет осознать целостность мира и наличие в нем многих вариантов индивидуального взгляда на него.

Очень важно умение свободно оперировать имеющимися у человека в его памяти данными, например, умение изложить свой взгляд на личность выдающегося деятеля культуры (писателя, музыканта, художника) с фактами, находящимися в повседневном сознании человека, т.е. без помощи справочников и книг. Данные также описаны. Они свидетельствуют о разных уровнях функциональной грамотности людей, о наличии респондентов, свободно владеющих своими знаниями, и людей, не владеющих фактами из доступных областей культурологических знаний и потому нуждающихся в длительном их поиске либо не справляющихся с подобными задачами.

Указанные выше тенденции могут быть использованы при определении стратегии непрерывного общекультурного образования взрослых. На их основе была разработана и начала осуществляться в Петербурге еще в начале 1990-х годов программа курсов и спецкурсов культурологического характера для педагогов различных специальностей.

Таким образом, любая работа в плане обогащения, развития гуманитарной культуры педагогов должна быть дифференцирована, приближена к возможностям и запросам конкретной личности, предельно индивидуализирована, иначе она не дает должного эффекта.


Инженеры и врачи о своих гуманитарных знаниях

Особенность гуманитарных знаний состоит в том, что, будучи восприняты личностью, они либо осваиваются ею, становятся личностно значимой ценностью, либо отвергаются, создавая «антиценность». Гуманитарные знания важны не столько сами по себе – в роли таковых, по данным института Гэллапа, они быстро исчезают, иногда до запредельной черты, – важен для личности их «остаток» в виде интегральных характеристик личности, таких как культура суждений, убеждений, эмоций, вкуса, речи, поведения – то есть общая культура личности, являющаяся результатом личностного освоения гуманитарных знаний.

В период взросления, становления личности знания еще имеют самостоятельную роль, во «взрослой» жизни они адаптируются к функциональным правам и обязанностям человека, становясь основой его функциональной грамотности. Вступая во взаимодействие с профессиональными знаниями и умениями, они образуют профессиональную компетентность специалиста, понимаемую как многофакторное явление, включающее в себя и собственно профессиональные признаки, и общую культуру личности.

Естественно, что такая тесная взаимосвязь общей и профессиональной культуры оказалась особенно значимой для профессий типа «человек – человек». Но оказалось, что эта взаимосвязь значима и для профессий типа «человек – машина», в частности, для инженеров. Исследование показало, что инженеры также понимают профессиональную компетентность как многофакторное явление, включающее в себя гуманитарные ценности: этическую и речевую культуру личности, коммуникативную культуру и др. (91,9%). Абсолютно единодушны были они в ответе на вопрос, стоит ли в наше сложное время заниматься развитием гуманитарной культуры людей, и на вопрос, в какой степени культура общества зависит от культуры людей, 96% сочли, что «зависит сильно», 4% – «зависит в определенной степени».

Любопытно, что врачи не были столь единодушны; 2,7% проявили сомнения, зависит ли культура общества от культуры людей и «стоит ли» ее развивать.

В дальнейшем оказалось, что у этой категории исследуемых более высокие нормы в оценке личностного аспекта деятельности людей, что естественно для специалистов-медиков.

Зависимость профессиональной деятельности от гуманитарной культуры применительно к профессии в целом понимается как существующая реально (97% респондентов), но сильную степень зависимости признают 55% врачей и 42% инженеров (в сравнении с 77% у педагогов). При этом ту же зависимость для себя лично инженеры определяют более сбалансированно: «как определенную», но не сильную (74,5%). У врачей зависимость «вообще» и «для себя лично» определяется как сильная 70%, у остальных же наблюдается дисбаланс между признанием общей культуры для профессии и для себя лично – возможны такие сочетания, как «сильная» для профессии и «определенная» – для себя (16%), у 6% – наоборот («определенная» вообще и «сильная» для себя).

Наибольшая согласованность в представлении инженеров вызвана, видимо, не только особенностями профессии, но и большей строгостью мышления, необязательностью «высоких слов» о культуре, более трезвым отношением к профессии и себе, более четкой оценкой явлений.

Однако напоминаем, речь идет не о непризнании роли гуманитарной культуры, а о степени оценки ее значимости для профессии.

Свой личный уровень культуры 40% врачей и инженеров просто затруднились определить, 43% сочли высоким, «пожалуй, высоким» или «достаточным», «пожалуй, незначительным» – 10%. При этом наименьшую самодостаточность проявили инженеры – лишь 24% сочли свой уровень «высоким», а 76% – «пожалуй, недостаточным». Большая самодостаточность врачей выглядит на этом фоне симптоматичной. Инженеры более четко и реально оценивают и свои потребности в гуманитарной культуре.

Что же именно из гуманитарной культуры оценивается наиболее высоко? У врачей, как и у педагогов, на одном из первых мест (не первое) вышли знания, обеспечивающие контакт с людьми: психология и этика (34% совокупно). На первое же место вышел иностранный язык (42%) с оговоркой «для практических надобностей». На второе место – компьютерная грамотность (24%) и проблемы религии, «вера как таковая» – тоже 24%. Вопросы искусства у врачей не вышли вперед по сравнению с другими потребностями, как это было у учителей и инженеров, юриспруденция, вопросы права, как и у инженеров, – тоже.

 Повышенный, по сравнению с другими специалистами, интерес врачей к проблемам религии вызван, видимо, тем, что они имеют чаще дело с жизнью и смертью и острее, осязаемее ощущают то, что выходит за пределы тела, духовную сущность человека. Впрочем, здесь возможны различные личностные толкования этого явления, но факты остаются фактами: «признание Бога как такового», даже «при категорическом отрицании религии», у врачей не ниже, чем у инженеров и педагогов.

Потребности инженеров в гуманитарной культуре представляют собой нечто среднее между потребностями педагогов и врачей. Вопросы истории, литературы, музыки заняли у них первое место, интересуя 1/3 респондентов, знание юридических норм – 12%, психология, этика – 8%.

Для чего оказались нужными эти знания? Особых различий в ответах у врачей и инженеров не было, все поставили на первое место понимание людей и лучшее общение с ними (80%), на второе – более свободное принятие профессиональных решений (68%). Далее следуют «понимание чужих точек зрения, принятие права на них» – 61%, «более полное развитие творческого потенциала человека» – 56%, «самоутверждение», «лучшее использование свободного времени» – от 31% до 39%. При этом у инженеров чуть выше, чем у врачей, выбор «более свободного принятия профессиональных решений» (36% против 32%), зато у врачей более выступает «понимание людей», «лучшее общение с ними» (48% против 32%).

Любопытны суждения этих специалистов о том, как часто им приходилось встречать среди людей своей профессии тех, кто считается хорошим профессионалом, но недостаточно владеет общей культурой. Результаты опроса таковы: часто – 25%, не очень часто – 47%, редко – 25%, не приходилось – 2,6%. Как ни странно, но инженеры в своей среде встречали таких людей реже, чем врачи: число встречавших таких людей у врачей значительно превышает средний показатель (47%) – до 78%, у инженеров же оно снижается до 30%. Это говорит не только о более благоприятной среде на заводе, где проходило исследование, но и о более высоких представлениях врачей о своей человеческой миссии, что естественно.

Врачи видели таких людей в среде «администраторов из номенклатуры» и (приводим этот ответ сознательно) – «педагог в первую очередь, и врач, врач...», то есть среди профессий, где это совсем нетерпимо.

Вопрос о том, есть ли вообще такие профессии, где это допустимо, вызвал неоднозначную реакцию: 45% отнеслись к этому резко отрицательно («недопустимо!», «нет таких специальностей»), допустили такую возможность 8,8%; 26% не дали ответа.

Самодиагностика знаний в различных областях гуманитарной культуры дала у этой категории специалистов очень пеструю картину. Самой маленькой величиной были 31,4% применительно к знаниям по истории. Достаточными или «пожалуй, достаточными» считают свои знания по философии, этике, речевой культуре более трети отвечавших.

Из источников, откуда респонденты черпают свои знания, на первое место вышел практический опыт (90,3%), далее – чтение книг по разным отраслям знания (37-39%).

Наблюдается сильная корреляционная зависимость между выбором практического опыта как главного источника развития и индивидуальным самообразованием как способом получения знаний. Выбор книг дает слабую зависимость с выбором организованных занятий и сильную со специальными курсами для взрослых по проблемам культуры.

Таким образом, во-первых, для всех профессий гуманитарная культура оказывается значимой и тесно связанной с их профессиональной деятельностью. Во-вторых, это общее мнение каждый раз варьируется личностью по-своему, все решения всегда конкретны.

В-третьих, для всех категорий взрослых, пусть по-разному, основой их общей культуры являются гуманитарные знания, освоение которых дает такие интегральные характеристики личности, как культура суждений, убеждений, эмоций, речи, эстетического вкуса и, в конечном счете, стиля поведения, – то есть то, что позволяет взрослому человеку иметь прочные устои в неустойчивом мире, служить устойчивому развитию человека и общества.


Взрослый как объект и субъект культуры

Принципиальным для развития гуманитарной культуры  является решение вопроса, как воспринимать взрослого в системе культуры – как объект воздействия на него общества или как субъект культуры, ее создающий (речь идет не о профессионалах в этой области, а о массе людей). Решение этого вопроса не может быть альтернативным: или – или, ибо в случае, если мы считаем взрослого только объектом культурного воздействия, потребителем культуры, мы снимаем проблему его саморазвития, развития его творческих способностей и значительно обедняем его жизнь. Если же мы видим в нем только творца, субъекта культуры, то тем самым снимаем другую часть его развития – включение взрослого в общецивилизационный культурный процесс, тем самым оставляем его наедине с собой или в лучшем случае с небольшой группой единомышленников, реально и сильно влияющих на его развитие, но тем не менее искусственно вынимаем его из социокультурной среды, какой бы она ни была. Возникающая в этом случае проблема противодействия плохой социокультурной среде, какой она нередко является ныне, только обостряет проблему развития взрослого, делает необходимой его психолого-педагогическую защиту как объекта культуры от влияния этой среды.


Уровни проявления культуры: потребление или творчество?

К рассмотренному только что вопросу примыкает другой – об уровне проявления гуманитарной культуры взрослых: уровне потребления и уровне творчества. Захваченность взрослых стихией потребления ныне чересчур велика и опасна. Потребление без осмысления, без оценки и, главное, без выбора – бери, что дают сегодня по ТВ, что можно купить на книжных и журнально-газетных развалах и т.д. – тормозит развитие гуманитарной культуры взрослых и в целом их общей культуры, делает их зависимыми от внешних обстоятельств и внешнего воздействия. Как любая зависимость, это в конечном итоге чаще всего дает отрицательные результаты. Возможность и умение выбрать из предлагаемых культурных явлений нужное и хорошее, отмести плохое, вычислить посредственное – вот что необходимо воспитывать, формировать, развивать у взрослых, и это серьезная проблема, составляющая один из аспектов опережающего образования: создание у взрослого устойчивой системы ориентиров и критериев в оценке явлений культуры, создание фона для будущего выбора и отсеивания из него неполноценного, предотвращение футуршока. Рост неосмысленной и непродуктивной стихии потребления – серьезная социальная и культурная опасность.

Нельзя сказать, что участие взрослых в культурной жизни на уровне творчества (творческого ли ее освоения, непосредственно ли творчества) у нас в России отсутствует даже сейчас, когда разрушены почти все возможности для участия обычного человека в самодеятельной творческой жизни. Петь в хоре, играть в самодеятельном театре, быть членом литобъединения, руководимого солидным мэтром, учиться рисовать и т.д. – в советское время все это было обычной нормой и давало духовную отдушину огромному числу взрослых, делало их жизнь богаче, ярче, полноценнее. Ныне это только чудом, на энтузиазме уцелевшие островки из разрушенной системы, и России предстоит восстановить ее на новых началах. Люди не перестали хотеть петь, танцевать, играть, читать, думать. Девиз «Хлеба и зрелищ!» не заменяет умной культурной политики государства. Сбросить же всю задачу, как это ныне происходит, на школу – пусть она подготовит человека к жизни в культуре – или на семью – пусть семья сделает это – не всегда реально из-за того, что «сбрасывать» придется на плечи тех же взрослых, не слишком подготовленных и готовых к несению этой ноши из-за жизненных обстоятельств.

Столь же принципиальным для развития гуманитарной культуры взрослых является определение выбора стратегии – в чем главная роль культурной политики: в сохранении вечных ценностей культуры в уже существующем, нетленном виде, в их консервации – или в модернизации этих ценностей, адаптации взрослых к современной культуре? Вопрос может быть решен в том же ключе, что и проблема субъекта / объекта культуры, потребления / творчества в этой области. Резкое противопоставление одного другому неплодотворно и здесь. Оппозиция «или-или» должна смениться на «и / и» в современном написании («не только, но и» – в старой транскрипции). Мера того и другого для культурной политики в целом и для решения конкретных задач – основа для профессионально взвешенной, терпеливой, созидательной и честной социокультурной политики.


Историческая культура взрослых

Интерес взрослых к вопросам истории, прежде всего своей страны, но также и мира в целом всегда был одним из приоритетных. Он обострился в период переориентации общества, при переходе от одного социального уклада к другому, прежде трактуемому как негативный.

Взрослых интересуют как коренные вопросы истории – причины изменений в социальном и общественном укладе страны, причины революций и реформ, причины, их вызывающие в тот или иной исторический период, так и более частные исторические вопросы – о роли тех или иных русских государственных или общественных деятелей в этих процессах, об их личности и частной жизни, чему прежде не уделялось внимания. Обученные по прежним учебникам истории, взрослые не получили из них интересующих их сведений и ныне часто черпают их не из новых учебников и научных изданий, недоступных большинству обычных читателей, а из исторической художественной литературы, где эти сведения обретают плоть и кровь в образах героев, а также отчасти из кинофильмов (например, «Бедный, бедный Павел») и других аналогичных источников. Их сила – в воздействии на читателя яркостью и запоминаемостью сцен и характеров, но в силу этих положительных качеств такая литература часто убеждает читателя в субъективной авторской точке зрения, естественной и допустимой в искусстве, но не в научном объективном исследовании проблемы. Поэтому ответы на искомый вопрос: что же было в действительности? – читатель получает не всегда достоверные и полные. Эпоха, когда книги академика Тарле читали все читающие, прошла, но в пору диссидентства таким же успехом пользовалась книга Некрича о 22 июня 1941 года. «Аквариум» Суворова был неоднозначно встречен читателями. Огромным успехом пользовалась книга акад. Яковлева «Сумерки». Но широкого распространения эти и другие подобные книги не имеют, купить их или найти в массовой библиотеке трудно, а в научные библиотеки взрослые ходят за специальной литературой.

Из-за этого у взрослых возникает потребность в лекциях знатоков проблемы, профессионалов. Так, в музее истории города в Петербурге (особняк Румянцева) успешно работает многие годы лекторий для взрослых по вопросам истории Санкт-Петербурга и различным аспектам русской истории в целом. Имея возможность проанализировать эту работу за последние 10 лет и лично участвуя в ней четвертый год, я вижу, как устойчив интерес взрослых разного возраста – и среднего, и пожилого, и относительно молодых – к этим проблемам. Как правило, слушатели ходят на несколько циклов лекций сразу (лекции платные). Успех этих лекций объясняется не только актуальностью проблем, но и высоким профессионализмом лекторов, таких как Н. Л. Энтелис, В. Г. Исаченко, Б. И. Антонов, С. С. Шульц, С. С. Бортин, Г. С. Вежель,  М. и В. Айзенштадты и др.

Лекции, в силу специфики музея, освещают прежде всего роль «петербургского текста» в истории и культуре, но через деятельность выдающихся людей, живших в Петербурге в XVIII – XX веках, просвечивается история всей России.

Другой популярный источник пополнения исторической культуры взрослых – телевизионные передачи по каналу «Культура», а также многие региональные программы, например, «Лики времени» в Оренбурге.

Однако все эти интересные передачи имеют разовый успех, не создавая у тех, кто их смотрит и слушает выборочно, системы знаний и не формируя исторических убеждений, то есть четкого представления, как и почему происходило то или иное историческое явление. Поливерсионность, возможность множества разных интерпретаций одного и того же исторического явления, перенесенная из сферы искусства в сферу истории, приводит многих взрослых к убеждению, что есть только «моя история» и нет общей истории России. Возможно, для взвешенного, объективного рассмотрения истории России, основанного на строгом исследовании фактов, еще не пришло время. Однако потребность в этом обозначена.

Следует вспомнить и о других средствах развития исторической культуры взрослых: восстановление народных университетов, проведение доступных по ценам платных лекций, восстановление опыта образовательного, а не только релаксационного экскурсионизма и т.д.


Политическая культура

Осознание себя гражданином этой страны в ее связях со всем миром, знание своих корней и традиций и понимание иного пути развития других стран как конечный результат освоения исторической культуры тесно связано и во многом перекликается с политической культурой гражданина. Хочет того отдельный человек или не хочет, интересуется политикой государства или выключает новостные и прочие передачи о современной политике, читает или не читает серьезные газеты, он все равно находится в сфере этой политики и проявляет к ней свое отношение, свое понимание происходящих в ней процессов в негативном или позитивном виде.

Главным источником развития политической культуры человека является сама политика: ее открытость, честность, демократический характер, направленность на интересы российского общества в целом и права каждого гражданина, убедительность поведения политических деятелей, профессионализм лидеров. Поскольку реальная картина далека от описываемой выше, мы имеем две противоположные тенденции в политической культуре взрослых:

-  полная увлеченность ею, переживание любых событий как личных (в положительном или отрицательном аспекте), вызванное доверием к носителям политической информации (СМИ);

-  полная выключенность из них (до прямого выключения телевидения и радио) при полном и законном недоверии к политике или ее трансляторам;

-  промежуточные позиции многовариантны.

В этих условиях политическая культура личности может продуктивно развиваться лишь при опоре на достоверные источники информации, будь то определенные издания или личность, которой доверяют. В политической сфере такой фигурой был А. Е. Бовин, чьи еженедельные воскресные передачи по российскому радио, ответы на вопросы в прямом эфире были достоверным и впечатляющим каналом получения и осмысления политической информации. Через эти передачи слушатели выверяли собственные политические суждения, корректировали их. Школа политической культуры, которую вел А. Е. Бовин в течение многих лет, школа полного доверия между ведущим и слушателями – уникальное явление, боюсь, неповторимое. При обилии теперешних политических передач на радио профессионализм такого уровня, на наш взгляд, отсутствует, на ТВ тоже.

 Поэтому в современных условиях замену полного доверия к одному политическому ведущему, воспитание масс у одного главного надо искать в активно развивающемся в СМИ приеме диалога голосов (передача В. В. Познера, С. Шустера, петербургские передачи по радио и др.). Выслушивание точек зрения разных политических деятелей на один и тот же вопрос, разное решение одной и той же политической проблемы, сопоставление этих разных точек зрения дает зрителю и слушателю возможность найти себя в спектре политических решений, самоидентифицировать политическую позицию. Главное в этом процессе – выбор источника (личности), наиболее адекватного времени и себе, и сопоставление своей точки зрения с мнением других, то есть развитие в условиях проблемных ситуаций.

Специальной темой является реальное включение взрослых людей в политический процесс, присоединение к партиям, общественным движениям как школа развития практической политической культуры. Следует, однако, иметь в виду, что вхождение в партии, движения и пр. диктуется нередко не идеологическими, а личностными небескорыстными мотивами, и тогда вопрос о степени развитости политической культуры человека приобретает искаженный характер.

Но наша почти всеобщая отключенность от гражданских акций в силу недоверия к их результатам – позиция, не приводящая ни общество, ни личность к политической культуре. Диалог с властью все равно необходим как школа политической культуры. Вполне спокойный и относительно доступный вид этого диалога – вопросы, которые задают в прямом эфире выступающим общественным деятелям зрители и слушатели, передаваемые на пейджер или через Интернет суждения, краткие выступления участников передачи из числа зрителей в студии. При всей ограниченности этих форм «диалога с властью» они позволяют человеку быть услышанным без прежней боязни быть наказанным за это.

Идеальная же форма нового политического образования взрослых, как представляется, должна стать результатом поисков замены прежних народных университетов политических и научных знаний либо циклами лекций, либо серией документальных передач, историческими политическими чтениями (многое из нашей политики уже ушло в историю, как, например, политика Б. Н. Ельцина). Важно, чтобы эти передачи были систематическими и доступными. Главное в их содержании – достоверность, объективность, документированность; главное в форме – «человеческое лицо» и «человеческие голоса» преподносящих эту информацию людей. С разной степенью достоверности и убедительности такие каналы воздействия уже существуют на наших экранах и в печати.

 Негативная политическая культура, разрыв с носителями политики – одни из самых больных точек нашего бытия; снять их невозможно, но их необходимо хотя бы сгладить, смягчить, не столько во имя развития общества в целом, сколько во имя устойчивого развития человека-гражданина.

Недостаточная политическая культура профессионалов от политики тормозит развитие политической культуры населения, но существует и обратная связь –всеобщий негативизм в политической культуре, недостаточный ее уровень влияет на политику страны в целом. Верна пословица, что странами правят такие правители, которых эти страны заслуживают.

 Правовая культура

Такая же пестрая картина наблюдается и в состоянии правовой культуры взрослых. Если современные школьники изучают правоведение часто уже в начальной школе и знают о своих правах и обязанностях, то взрослые, не изучавшие курса правоведения, в основном черпают сведения не из образовательных учреждений или официальных источников в процессе самообразования, а из своего и знакомых практического опыта, часто из слухов. Из 20 наугад спрошенных взрослых (их могло быть значительно больше с тем же результатом) никто не помнил о конституционных правах граждан, ни у кого в доме не было текста Конституции, многие не слышали о ней со времен ее так называемого всенародного обсуждения в 80-е годы. Уголовный Кодекс еще менее знаком уголовно послушной публике, а те, кто знают его досконально, не считаются с его положениями. Хуже всего, что незнание трудового, жилищного, семейного законодательства является повсеместным явлением, отражающимся на жизни взрослых.

Ощущение, что лично не попадешь в сложную правовую ситуацию, может оказаться опасной иллюзией для человека, которая только усугубит его положение; приглашение адвоката, обращение за юридической консультацией – все это ситуативные выходы из положения, решающие проблему в отдельном звене и в определенное время.

Необходимы прежде всего общественно значимые формы развития правовой культуры взрослых, такие, например, как «Час суда» с Павлом Астаховым на телевидении, клуб потребителей на петербургском радио. Для индивидуальных форм развития правовой культуры путем самообразования в этой области необходимо издание серии книг об основах российского законодательства и, может быть, создание специального «Учебника для взрослых» с нормативными документами, задачами для решения и анализом примеров из опыта.

Необходима также активная работа юрисконсультов с населением, а не только с руководящими кадрами.

В любом случае развитие правовой культуры как части общей культуры личности должно стать предметом пристального внимания педагогов и андрагогов и найти в будущем свое практическое решение.


Читать далее >>>

Браже Т. Г. Потенциал гуманитарной культуры взрослого как фактор личностного развития // Практическая андрагогика. Книга 2. Опережающее образование взрослых : колл. моногр. / под ред. В. И. Подобеда, А. Е. Марона. – Изд. 2-е, доп. – СПб.: ИОВ РАО, 2009. – С.52-108.

зажигалки оптом Одесса оценка недвижимости щелково . врач по вызову выезд на дом, Москва и область